Курьезные истории из жизни на проекте.

ДВЕ СТАРУШКИ ИЗ ДЕРЕВЕНЬКИ БЛИЗЬ ПРОЕКТА
- Эта Собчак с участниками теле шоу Дом-2, как Карабас-Барабас со своими куклами. Ей только бороды и плётки не хватает.
- Почему?
- Показали концерт этих несчастных из Дома-2 и я так расстроилась.
- Расскажи.
- Вначале пулей выбежал на сцену (так, словно за кулисами Собчак ногой дала пенделистическое ускорение) лысый карлик Третьяков. Лицо бледное, испуганное. Широко открыв рот, стал вопить, - «Я ВАС НЕ СЛЫШУ!»
У меня, как это услышала, в груди всё так комом стало от жалости. А он, несчастный, всё кричит и кричит, - «Я ВАС НЕ СЛЫШУ! Я ВАС НЕ СЛЫШУ!» Глухой значит. У меня из глаз слёзы аж полились. Смотрю, а он мечется у рампы на своих коротеньких ножках, с лысиной во всю голову и полу-глухой, тянет в зал свои коротенькие ручки и, без остановки, кричит.
Потом мне, от жалости к нему, и вовсе плохо стало. Это когда Третьяков стал, раздирающим душу голосом, кричать, что он , оказывается, не только глухой, но и слепой, - «Я НЕ ВИЖУ ВАШИХ РУК! Я НЕ ВИЖУ ВАШИХ РУК!»
Представляешь? А в зале все свистят, смеются над этим несчастным инвалидом Буратино. Две бутылки валерианки выпила - не помогли. Написала письмо в ООН с просьбой принять меры против Карабаса, то есть против Собчак и чтобы, наконец, отпустили по домам участников этого жестокого шоу.

КОНЦЕРТ В КАЗАХСТАНЕ
На сцену, как чёртик из шкатулки, на коротких ножках выскакивает лысый Третьяков и, не подбегая близко к рампе, кричит, - «НЕ ВИЖУ ВАШИХ РУК! НЕ ВИЖУ РУК!»
Поднимается лес рук, в зале крики и свист.
Третьяков разворачивается и бежит за кулисы, где докладывает, застывшим в напряжённых позах, участникам, - «Можете выходить: у них в руках нет камней, бутылок и арматуры…»

ПЕРЕД КОНЦЕРТОМ В КАЗАХСТАНЕ
ДАШКО – СЭМУ (В ужасе!)
- Я слова песни все напрочь забыла! Что делать? Ничего не помню! Сорву концерт. Опозорюсь! Беда!
- Ха – ха - ха. Настька, ты что, забыла, что «поём» под фанеру? Вот если бы ты забыла как рот открывать – это была бы беда.

СТЕПАН – РОМАНУ
- Какое сегодня число?
- 14 февраля.
- О. Поздравляю тебя с Днём любви.
- (пожав плечами) А я деньги люблю в любой день.

ДВЕ СТАРУШКИ ИЗ ДЕРЕВЕНЬКИ БЛИЗЬ ПРОЕКТА
- Говорят с первого декабря теле шой «Дом-2 – построй свою любовь» будет переименован в «Дом-2 – про любовь». Чего это?
- Ну и правильно. Дом-2 будет про лесбийскую любовь, любовь с большой разницей в возрасте, «мужскую» любовь, любовь с оставшимися за Проектом, любовь с телеведущими и др. Расширяют. А чего скрывать? Как есть – так и назовут.

АЛЁНА – БОРОДИНОЙ
- (Хныча) Я набрала 10 кг. Мне от этого так плохо. У-у-у.
- Вроде и незаметно, вроде не поправилась.
- Поправилась, моя правая ягодица-а-а…

ДАШКО – АЛЁНЕ
- Алён, в Интернете пишут, что ты танцевала, держась за шест.
- С чего они решили, что у Стёпки «шест»?

РУСТАМ – РУСЛАНУ
- Видишь Шмаров стоит во дворе?
- Вижу.
- Хочешь фокус?
- Давай.
- (Громко кричит) САНИТАР!
Шмаров резко оборачивается и приседает.
- А чего это он?
- Э, брат. Я всё разузнал. Никакой Шмаров не герой-любовник, а выделенный для наблюдения за Николаевой санитар из психушки. Вчера, после драки со мной этой чокнутой Николаевой, слышал его разговор с главным врачом психиатрической больницы, в которой он служит. Видно дали Шмару капитальный нагоняй. Пригрозили невыплатить деньги за его труды. Так он блеял, как ягнёнок, - «А я что виноват, что Николаева ваши таблетки водкой запивает?».
- Тихо, Собчак идёт.

СОБЧАК – НИКОЛАЕВОЙ
- Подралась! Опять подралась. Ну как ты могла? Ты же – невеста! Твою мать! С кулаками наперевес, на парня…
- Потому, что невеста. Я сейчас Шмарова так запугаю, что он всю нашу последующую семейную жизнь пикнуть не посмеет. А надо будет – и ему накостыляю и не раз.
Вот сейчас я с ним пошутила. Говорю, - «Хлю-хлю-хлю».
А он мне, - «Ты – хрюшка».
Тогда я ему, - «Сейчас дам в морду!».
И ты бы видела – побледнел, затрясся. А ты мне, - «Как могла, как могла?»…

ЭРИКА – ДАШКО
- (гнусаво и протяжно) Я та-кой страш-ный сон виде-ла, кош-мар.
- Что за «кошмар»?
- Нитку-у.
- ???
- И игол-ку-у.
- ???
- В руках у хирурга. Представляя-ешь? Приснилось, что он пришил мне член. Какой ужас.
- Ну и что в этом такого ужасного? Опять стала бы Эдиком.